Экстрасенсы, однако

[nari]

Заскочил тут ко мне на пять минут чайку старый приятель. С приятелем мы познакомились на эзотерической волне, ну так по сию пору и плывем, лет уж 10 с гаком как. Приятель в этот раз заскочил не один, а со своим свежепойманным знакомым. Знакомый этот был отрекомендован как Великий гуру маг и валшепник, умеющий одним взглядом\прикосновением к вещи определить где, что и как с владельцем оной.
Великий гуру маг и валшепник, томный, хайрастый вьюнош, не достигший еще 20-летия, увешанный амулетами (ах, какие там были цацки! Ах... мое воронье сэрдце нервно бьется до сих пор), выслушал последние новости о Сокровище, которые я быстренько выкладывала приятелю, и любезно предложил посмотреть состояние болящего. Ну, лады, что ж я, зверь какой, протягиваю Самурайские четки, и чуточку подумав, еще и свои, купленные буквально вот в храме на Невском. О том, где какие, по водолейской своей рассеяности, я ессно, забыла сообщить.
Вьюнош погладил пальцами Самурайские, протянул : твои? Сразу видно, что сама делала. Только неправильно. (Я сейчас не буду касаться вопроса о том, что вьюнош, годящийся мне в сыновья, и первый раз в жизни меня видящий, вдруг с какого то перепугу тыкает. Фик его знает, может у Великих гуру так принято).
Я захлопала гласссками и придвинулась поближе. Маг и валшепник потискал вторые четки, лик его озарился, и драматическим шепотом было возвещено: Я чувствую силу! Эти четки принадлежали великому колдуну! Он был монахом в 17-м веке!
Тут я заикала со страшной силой и сползла к ногам гуру. Тихо веселящийся в уголке приятель понял, что кое кого тут сейчас будут бить, и возможно даже ногами, быстренько вспомнил о срочных делах и поспешил ретироваться, утаскивая за собой великого гуру.

Понятно вам, дети мои? Церковные лавки Питера полны четок 17-го века, принадлежащих монахам-колдунам. Все бегом за антиквариатом!